Неточные совпадения
Другая бумага содержала в себе
отношение губернатора соседственной губернии о убежавшем от законного преследования разбойнике, и что буде окажется в их губернии какой подозрительный человек, не предъявящий никаких свидетельств и пашпортов,
то задержать его немедленно.
Несмотря, однако ж, на такую размолвку, гость и хозяин поужинали вместе, хотя на этот раз не стояло на столе никаких вин с затейливыми именами. Торчала одна только бутылка с каким-то кипрским, которое было
то, что называют кислятина во всех
отношениях. После ужина Ноздрев сказал Чичикову, отведя его в боковую комнату, где была приготовлена для него постель...
Собакевич отвечал, что Чичиков, по его мнению, человек хороший, а что крестьян он ему продал на выбор и народ во всех
отношениях живой; но что он не ручается за
то, что случится вперед, что если они попримрут во время трудностей переселения в дороге,
то не его вина, и в
том властен Бог, а горячек и разных смертоносных болезней есть на свете немало, и бывают примеры, что вымирают-де целые деревни.
Ноздрев во многих
отношениях был многосторонний человек,
то есть человек на все руки.
Дамы города N. были
то, что называют презентабельны, и в этом
отношении их можно было смело поставить в пример всем другим.
— Ну что ж наш прелестник? — сказала между
тем дама приятная во всех
отношениях.
Таков уже русский человек: страсть сильная зазнаться с
тем, который бы хотя одним чином был его повыше, и шапочное знакомство с графом или князем для него лучше всяких тесных дружеских
отношений.
Так как он первый вынес историю о мертвых душах и был, как говорится, в каких-то тесных
отношениях с Чичиковым, стало быть, без сомнения, знает кое-что из обстоятельств его жизни,
то попробовать еще, что скажет Ноздрев.
— Ну, слушайте же, что такое эти мертвые души, — сказала дама приятная во всех
отношениях, и гостья при таких словах вся обратилась в слух: ушки ее вытянулись сами собою, она приподнялась, почти не сидя и не держась на диване, и, несмотря на
то что была отчасти тяжеловата, сделалась вдруг тонее, стала похожа на легкий пух, который вот так и полетит на воздух от дуновенья.
— Вы ошибаетесь опять: я вовсе не гастроном: у меня прескверный желудок. Но музыка после обеда усыпляет, а спать после обеда здорово: следовательно, я люблю музыку в медицинском
отношении. Вечером же она, напротив, слишком раздражает мои нервы: мне делается или слишком грустно, или слишком весело.
То и другое утомительно, когда нет положительной причины грустить или радоваться, и притом грусть в обществе смешна, а слишком большая веселость неприлична…
Почту себя счастливым, если вам, Пульхерия Александровна, возможно будет разубедить меня в противном
отношении и
тем значительно успокоить.
Самым ужаснейшим воспоминанием его было
то, как он оказался вчера «низок и гадок», не по
тому одному, что был пьян, а потому, что ругал перед девушкой, пользуясь ее положением, из глупо-поспешной ревности, ее жениха, не зная не только их взаимных между собой
отношений и обязательств, но даже и человека-то не зная порядочно.
— Мне кажется, особенно тревожиться нечего, ни вам, ни Авдотье Романовне, конечно, если сами не пожелаете входить в какие бы
то ни было с ним
отношения. Что до меня касается, я слежу и теперь разыскиваю, где он остановился…
Он тотчас же написал моей матери записку и уведомил ее, что я отдал все деньги не Катерине Ивановне, а Софье Семеновне, и при этом в самых подлых выражениях упомянул о… о характере Софьи Семеновны,
то есть намекнул на характер
отношений моих к Софье Семеновне.
С этим господином у Петра Петровича установились какие-то странные, впрочем, отчасти и естественные
отношения: Петр Петрович презирал и ненавидел его даже сверх меры, почти с
того самого дня, как у него поселился, но в
то же время как будто несколько опасался его.
— Авдотья Романовна, — закоробившись, произнес Лужин, — ваши слова слишком многозначительны для меня, скажу более, даже обидны, ввиду
того положения, которое я имею честь занимать в
отношении к вам.
Вы говорите: «или вы, или он?», стало быть,
тем самым показываете мне, как немного я для вас значу… я не могу допустить этого при
отношениях и… обязательствах, существующих между нами.
В молодой и горячей голове Разумихина твердо укрепился проект положить в будущие три-четыре года, по возможности, хоть начало будущего состояния, скопить хоть несколько денег и переехать в Сибирь, где почва богата во всех
отношениях, а работников, людей и капиталов мало; там поселиться в
том самом городе, где будет Родя, и… всем вместе начать новую жизнь.
Видишь, Родя, чтобы сделать в свете карьеру, достаточно, по-моему, всегда сезон наблюдать; если в январе спаржи не потребуешь,
то несколько целковых в кошельке сохранишь;
то же в
отношении и к сей покупке.
Разговор показался ему занимательным и знаменательным и очень, очень понравился, — до
того понравился, что он и стул перенес, чтобы на будущее время, хоть завтра например, не подвергаться опять неприятности простоять целый час на ногах, а устроиться покомфортнее, чтоб уж во всех
отношениях получить полное удовольствие.
Неуклюж немного,
то есть он человек и светский, но я в другом
отношении говорю неуклюж.
Глядел он на браки, на мужей, и в их
отношениях к женам всегда видел сфинкса с его загадкой, все будто что-то непонятное, недосказанное; а между
тем эти мужья не задумываются над мудреными вопросами, идут по брачной дороге таким ровным, сознательным шагом, как будто нечего им решать и искать.
—
То есть если б на его месте был другой человек, — перебил Штольц, — нет сомнения, ваши
отношения разыгрались бы в любовь, упрочились, и тогда… Но это другой роман и другой герой, до которого нам дела нет.
Его
отношения к ней были гораздо проще: для него в Агафье Матвеевне, в ее вечно движущихся локтях, в заботливо останавливающихся на всем глазах, в вечном хождении из шкафа в кухню, из кухни в кладовую, оттуда в погреб, во всезнании всех домашних и хозяйственных удобств воплощался идеал
того необозримого, как океан, и ненарушимого покоя жизни, картина которого неизгладимо легла на его душу в детстве, под отеческой кровлей.
Если же
то была первая, чистая любовь, что такое ее
отношения к Штольцу? — Опять игра, обман, тонкий расчет, чтоб увлечь его к замужеству и покрыть этим ветреность своего поведения?.. Ее бросало в холод, и она бледнела от одной мысли.
Мы желаем показать, что в
отношении российской словесности
тот, кто путь ко храму славы проложил, есть первый виновник в приобретении славы, хотя бы он войти во храм не мог.
Долг же ее в
отношении сего может быть только
тот, чтобы воспрещать продажу язвительных сочинений.
Если он полагал, что знакомство с нами может доставить его сыну какую-нибудь честь или удовольствие,
то он совершенно ошибался в этом
отношении, потому что мы не только не были дружны с Иленькой, но обращали на него внимание только тогда, когда хотели посмеяться над ним.
Не пройдя еще через
те горькие испытания, которые доводят взрослых до осторожности и холодности в
отношениях, мы лишали себя чистых наслаждений нежной детской привязанности по одному только странному желанию подражать большим.
Те, которые испытали застенчивость, знают, что чувство это увеличивается в прямом
отношении времени, а решительность уменьшается в обратном
отношении,
то есть: чем больше продолжается это состояние,
тем делается оно непреодолимее и
тем менее остается решительности.
—
То, что уровень хозяйства спускается и что при наших
отношениях к рабочим нет возможности вести выгодно рациональное хозяйство, это совершенно справедливо, — сказал он.
«Всё равно, — подумал Алексей Александрович, —
тем лучше: я сейчас объявлю о своем положении в
отношении к его сестре и объясню, почему я не могу обедать у него».
Вронский в эти три месяца, которые он провел с Анной за границей, сходясь с новыми людьми, всегда задавал себе вопрос о
том, как это новое лицо посмотрит на его
отношения к Анне, и большею частью встречал в мужчинах какое должно понимание. Но если б его спросили и спросили
тех, которые понимали «как должно», в чем состояло это понимание, и он и они были бы в большом затруднении.
И точно так же, как праздны и шатки были бы заключения астрономов, не основанные на наблюдениях видимого неба по
отношению к одному меридиану и одному горизонту, так праздны и шатки были бы и мои заключения, не основанные на
том понимании добра, которое для всех всегда было и будет одинаково и которое открыто мне христианством и всегда в душе моей может быть поверено.
― Да вот написал почти книгу об естественных условиях рабочего в
отношении к земле, ― сказал Катавасов. ― Я не специалист, но мне понравилось, как естественнику,
то, что он не берет человечества как чего-то вне зоологических законов, а, напротив, видит зависимость его от среды и в этой зависимости отыскивает законы развития.
Неужели между мной и этим офицером-мальчиком существуют и могут существовать какие-нибудь другие
отношения, кроме
тех, что бывают с каждым знакомым?» Она презрительно усмехнулась и опять взялась за книгу, но уже решительно не могла понимать
того, что читала.
Алексей Александрович сел, чувствуя, что слова его не имели
того действия, которое он ожидал, и что ему необходимо нужно будет объясняться и что, какие бы ни были его объяснения,
отношения его к шурину останутся
те же.
Слова кондуктора разбудили его и заставили вспомнить о матери и предстоящем свидании с ней. Он в душе своей не уважал матери и, не отдавая себе в
том отчета, не любил ее, хотя по понятиям
того круга, в котором жил, по воспитанию своему, не мог себе представить других к матери
отношений, как в высшей степени покорных и почтительных, и
тем более внешне покорных и почтительных, чем менее в душе он уважал и любил ее.
Но, несмотря на эту осторожность, Вронский часто видел устремленный на него внимательный и недоумевающий взгляд ребенка и странную робость, неровность,
то ласку,
то холодность и застенчивость в
отношении к себе этого мальчика.
«Да, пройдет время, всё устрояющее время, и
отношения восстановятся прежние, — сказал себе Алексей Александрович, —
то есть восстановятся в такой степени, что я не буду чувствовать расстройства в течении своей жизни.
Он, этот умный и тонкий в служебных делах человек, не понимал всего безумия такого
отношения к жене. Он не понимал этого, потому что ему было слишком страшно понять свое настоящее положение, и он в душе своей закрыл, запер и запечатал
тот ящик, в котором у него находились его чувства к семье, т. е. к жене и сыну. Он, внимательный отец, с конца этой зимы стал особенно холоден к сыну и имел к нему
то же подтрунивающее
отношение, как и к желе. «А! молодой человек!» обращался он к нему.
Самые разнообразные предположения
того, о чем он сбирается говорить с нею, промелькнули у нее в голове: «он станет просить меня переехать к ним гостить с детьми, и я должна буду отказать ему; или о
том, чтобы я в Москве составила круг для Анны… Или не о Васеньке ли Весловском и его
отношениях к Анне? А может быть, о Кити, о
том, что он чувствует себя виноватым?» Она предвидела всё только неприятное, но не угадала
того, о чем он хотел говорить с ней.
Для
того же, чтобы теоретически разъяснить всё дело и окончить сочинение, которое, сообразно мечтаниям Левина, должно было не только произвести переворот в политической экономии, но совершенно уничтожить эту науку и положить начало новой науке — об
отношениях народа к земле, нужно было только съездить за границу и изучить на месте всё, что там было сделано в этом направлении и найти убедительные доказательства, что всё
то, что там сделано, — не
то, что нужно.
Левин часто любовался на эту жизнь, часто испытывал чувство зависти к людям, живущим этою жизнью, но нынче в первый paз, в особенности под впечатлением
того, что он видел в
отношениях Ивана Парменова к его молодой жене, Левину в первый раз ясно пришла мысль о
том, что от него зависит переменить
ту столь тягостную, праздную, искусственную и личную жизнь, которою он жил, на эту трудовую, чистую и общую прелестную жизнь.
Между Нордстон и Левиным установилось
то нередко встречающееся в свете
отношение, что два человека, оставаясь по внешности в дружелюбных
отношениях, презирают друг друга до такой степени, что не могут даже серьезно обращаться друг с другом и не могут даже быть оскорблены один другим.
Не говоря уже о
том, что Кити интересовали наблюдения над
отношениями этой девушки к г-же Шталь и к другим незнакомым ей лицам, Кити, как это часто бывает, испытывала необъяснимую симпатию к этой М-llе Вареньке и чувствовала, по встречающимся взглядам, что и она нравится.
— Отчего же? Я не вижу этого. Позволь мне думать, что, помимо наших родственных
отношений, ты имеешь ко мне, хотя отчасти,
те дружеские чувства, которые я всегда имел к тебе… И истинное уважение, — сказал Степан Аркадьич, пожимая его руку. — Если б даже худшие предположения твои были справедливы, я не беру и никогда не возьму на себя судить
ту или другую сторону и не вижу причины, почему наши
отношения должны измениться. Но теперь, сделай это, приезжай к жене.
Хотя она бессознательно (как она действовала в это последнее время в
отношении ко всем молодым мужчинам) целый вечер делала всё возможное для
того, чтобы возбудить в Левине чувство любви к себе, и хотя она знала, что она достигла этого, насколько это возможно в
отношении к женатому честному человеку и в один вечер, и хотя он очень понравился ей (несмотря на резкое различие, с точки зрения мужчин, между Вронским и Левиным, она, как женщина, видела в них
то самое общее, за что и Кити полюбила и Вронского и Левина), как только он вышел из комнаты, она перестала думать о нем.
И довольно было этих слов, чтобы
то не враждебное, но холодное
отношение друг к другу, которого Левин так хотел избежать, опять установилось между братьями.
В последнее время между двумя свояками установилось как бы тайное враждебное
отношение: как будто с
тех пор, как они были женаты на сестрах, между ними возникло соперничество в
том, кто лучше устроил свою жизнь, и теперь эта враждебность выражалась в начавшем принимать личный оттенок разговоре.